Искусство трубадуров: музыка и поэзия

?

… и немного об истории (glebminskiy) wrote, 2016-03-21 17:19:00 … и немного об истории glebminskiy 2016-03-21 17:19:00 Оригинал взят у ginger_at_heart в Поэзия Трубадуров. Часть 2.Поэзия Трубадуров. Часть 1.

Искусство трубадуров: музыка и поэзия

Другой важнейший жанр лирики трубадуров — сирвента, песня о религии, морали, политике, либо персональная сирвента — о достоинствах и недостатках покровителей поэта или его самого.

Вот так называемая «Галерея трубадуров» Петра Овернского в переводе Анатолия Наймана.

Здесь мы во всей красе увидим поэтическое искусство трубадура и одновременно отметим вещь совершенно вечную для поэтов всех времен и народов: критику соперников, то есть то, что афористически выразил в одном из своих стихотворений советский поэт Дмитрий Кедрин, сформулировавший:»У поэтов есть такой обычай -В круг сойдясь, оплевывать друг друга».

Трубадуров прославить я рад,Что поют и не в склад и не в лад, Каждый пеньем своим опьянен, Будто сто свинопасов галдят: Самый лучший ответит навряд, Взят высокий иль низкий им тон.

О любви своей песню Роджьер

На ужасный заводит манер — Первым будет он мной обвинен; В церковь лучше б ходил, маловер, И тянул бы псалмы, например, И таращил глаза на амвон.

И похож Гираут, его друг,

На иссушенный солнцем бурдюк, Вместо пенья — бурчанье и стон, Дребезжание, скрежет и стук; Кто за самый пленительный звукГрош заплатит — потерпит урон.

Третий — де Вентадорн, старый шут,

Втрое тоньше он, чем Гираут, И отец его вооруженСаблей крепкой, как ивовый прут, Мать же чистит овечий закутИ за хворостом ходит на склон.

Лимузинец из Бривы — жонглер,

Попрошайка, зато хоть не вор, К итальянцам ходил на поклон; Пой, паломник, тяни до тех порИ так жалобно, будто ты хвор, Пока слух мой не станет смягчен.

Пятый — достопочтенный Гильем,

Так ли, сяк ли судить — плох совсем, Он поет, а меня клонит в сон, Лучше, если б родился он нем, У дворняги — и то больше тем, А глаза взял у статуи он.

И шестой — Гриомар Гаузмар,

Рыцарь умер в нем, жив лишь фигляр; Благодетель не больно умен: Эти платья отдав ему в дар, Все равно что их бросил в пожар, Ведь фигляров таких миллион.

Обокраден Мондзовец Пейре,

Приживал при тулузском дворе, -В этом есть куртуазный резон; Но помог бы стихам и игре, Срежь ловкач не кошель на шнуре, А другой — что меж ног прикреплен.

Украшает восьмерку бродяг

Вымогатель Бернарт де Сайссак, Вновь в дверях он, а выгнан был вон; В ту минуту, как де КардальякСтарый плащ ему отдал за так, Де Сайссак мной на свалку снесен.

А девятый — хвастун Раймбаут

С важным видом уже тут как тут, А по мне, этот мэтр — пустозвон, Жжет его сочинительства зуд, С жаром точно таким же поютТе, что наняты для похорон.

И десятый — Эбле де Санья,

Он скулит, словно пес от битья, Женолюб, пострадавший от жен; Груб, напыщен, и слыхивал я, Что, где больше еды и питья, Предается он той из сторон.

Ратным подвигам храбрый Руис

С давних пор предпочтя вокализЖдет для рыцарства лучших времен; Погнут шлем, меч без дела повис -Мог тогда только выиграть приз, Когда в бегство бывал обращен.

И последний — Ломбардец-старик,

Только в трусости он и велик; Применять заграничный фасонВ сочинении песен привык, И хоть люди ломают язык, Сладкопевцем он был наречен.

А про Пейре Овернца молва,

Что он всех трубадуров главаИ слагатель сладчайших кансон; Что ж, молва абсолютно права, Разве что должен быть лишь едваСмысл его темных строк прояснен.

Пел со смехом я эти слова,

Под волынку мотив сочинен.

Искусство трубадуров: музыка и поэзия

Gottfried von Neifen — Codex Manesse

Еще разновидность персональной сирвенты — плач. Ниже привожу фрагмент плача Б. де Борна, поэта и воина, по молодому королю Генриху Плантагенету, брату Ричарда Львиное Сердце (перевод А. Наймана).

Пенье отныне заглушено плачем,Горе владеет душой и умом, Лучший из смертных уходит: по нем, По короле нашем слез мы не прячем. Чей гибок был стан, Чей лик был румян, Кто бился и пел -Лежит бездыхан. Увы, зло из зол! Я стал на колени: О, пусть его тениПриют будет данСредь райских полян, Где бродит Святой Иоанн.

Тот, кто могилой до срока захвачен,

Мог куртуазности стать королем; Юный, для юных вождем и отцомБыл он, судьбою к тому предназначен. Сталь шпаг и байдан, Штандарт и колчанНетронутых стрел, И плащ златоткан, И новый камзолТеперь во владеньеЛишь жалкого тленья; Умолк звон стремян; Все, чем осиянОн был, — скроет смертный курган    Искусство трубадуров: музыка и поэзия

Де Борн — вообще самый политический из всех трубадуров. Его политические и военные сирвенты вместе с обширными прозаическими ми к ним образуют нечто вроде настоящего рыцарского романа, романа исторически правдивого, главная линия которого — отношения автора с королем Ричардом. Кстати, Данте встречает Борна в восьмом круге «Ада» среди зачинщиков раздора.

Да и сам Ричард был недурным трубадуром, чему свидетельством их поэтическая переписка с Дофином Овернским (пер. А. Наймана).

Ричард:

Дофин, как и графу Ги,

Вам — чтоб от схватки сторон Вы меньший несли урон -Хочу я вправить мозги: Нас связывал договор, Однако с недавних порВаш образец — ИзенгринНе только в смысле седин.

Пустились со мной в торги,

Едва лишь узнав, что звонМонет не проник в ШинонИ влезла казна в долги; Используете раздор, Чтоб сделать новый побор: По-вашему, ваш господин -Скупец и маменькин сын.

Предпримете ль вы шаги,

Чтоб был Иссуар отмщен? Собран ли ваш батальон? Пускай мы ныне враги, Прощаю вам ваш позор, Ведь Ричард не любит ссорИ в бой во главе дружинПойдет, коль надо, один.

Я лучше, чем вы, слуги

Не знал, но лишь бастионНад замком был возведен, Вы стали делать круги: Покинули дам и двор, Любовь и турнирный спор. Так выбейте клином клин -Ведь нет средь ломбардцев мужчин.

Сирвента, во весь опор

Скачи в Овернь! ПриговорМой объяви, чтоб единСтал круг из двух половин.

Ребенку ложь не в укор,

И пренье с конюшим — вздор: Не было б худших причин, Чтоб гневался властелин!

Дофин:

Король, из меня певца

На свой вы сделали вкус; Но столь коварен искус, Что не могу ни словцаС вами пропеть в унисон: Чем мой объявлять урон, Свой сосчитайте сперва, А то вам все трын-трава.

Ведь я не ношу венца

И не могу, хоть не трус, Избавить от вражьих узТо, что имел от отца; Но вы-то взошли на трон; Зачем же в Жизоре — он? Ведь турки, идет молва, Бегут от вас, как от льва.

Я выбрал бы путь глупца,

Взяв бремя ваших обуз; Легок был стерлингов грузКузену Ги, и рысцаНескольких кляч — не резонСлушать стремян ваших звон: Хотите вы торжества, А щедры лишь на слова.

Пока во мне храбреца

Вы славите, я на усМотаю, что предан — плюсЧто нет и на вас лица; Но Богом мне сохраненПюи и с ним Обюссон: Там чтутся мои права -Вера моя не мертва.

Сеньор, то речь не льстеца,

Мне по сердцу наш союз; Не будь столь лют тот укус, Я был бы у стен дворцаТеперь же, но возвращенМне Иссуар и Юссон -Я вновь над ними глава, Вновь радость во мне жива.

Слились бы наши сердца,

Когда б не новый конфуз: За ангулемский-то кусПлачено не до конца, Тольверу же дар вдогонШлете, как щедрый барон, Вы там всему голова — История не нова.

Король, мой дух возбужден

Тою, чье слово — закон, Ибо любовь такова, Что Дама всегда права.   Искусство трубадуров: музыка и поэзия

Другой жанр поэзии трубадуров — прения. Он имеет два варианта: тенсону — свободный диалог и джок партит, или партимен, в котором задается тема, сводимая к дилемме и обсуждаемая затем собеседником, придерживающимся иных взглядов. Так, индивидуальнейшее дело — поэзия — в творчестве трубадуров становится общим делом нескольких индивидуальностей.

Иные жанры: пастурель (пастораль) посвящена, как правило, встрече на лоне природы рыцаря и пастушки. Прелесть пастурели не в сюжете, известном с античных времен, а в полемике разных идеологий: куртуазной и здравого смысла.

В этом жанре, как ни в каком ином, чувствуется уже приближение эпохи Возрождения, а вместе с ней и появление таких произведений, как, например, «Дон Кихот» Сервантеса.

Здесь еще раз проявлется все великолепие поэтических индивидуальностей авторов трубадурской поэзии, ведь, несмотря на схожесть ситуации, все пастурели чрезвычайно разнообразны. Сравните, например, фрагменты пастурелей Гаваудана и Гираута Рикьера (перевод А. Наймана):

Гаваудан:

Ранним утром третьего дня

С гребня холма спускаясь в лог, Под боярышником увидел яВ тот миг, когда заалел восток, Девушку, чей облик и взорДругую мне напоминалиИ так приветственно сияли, Что я поскакал во весь опор

Гираут Рикьер:

Спросил я у девы:

«Искусны ль в любви вы? Любили ли вас?» Ответила: «Все вы, Сеньор, столь учтивы, Что труден отказ».»Вы, дева, красивы, И, коль не гневливы, Тогда всё за нас!» «Сеньор, те порывыБезумны и лживы, Где пыл напоказ».»Страсть видно на глаз».«Слепа я как раз»   

Искусство трубадуров: музыка и поэзия Искусство трубадуров: музыка и поэзия

Следующий жанр — альба, песня, посвященная неизбежности разлуки влюбленных на утренней заре, о наступлении которой возвещает сторож или верный друг, всю ночь охранявший место свидания. Здесь можно вспомнить знаменитую сцену свидания Ромео и Джульетты в шекспировой трагедии, заканчивающуюся как раз таким утренним расставанием, отягощенным тем, что Ромео предстоит пуститься в бега.

Слово «альба», что означает «заря, рассвет», обязательно завершает стихи этого жанра. Приводим альбу анонимного автора в переводе А. Наймана.

Дама и друг ее скрыты листвой

Благоуханной беседки живой. «Вижу рассвет!» — прокричал часовой. Боже, как быстро приходит рассвет!

— Не зажигай на востоке огня —

Пусть не уходит мой друг от меня, Пусть часовой дожидается дня! Боже, как быстро приходит рассвет!

— Нежный, в объятиях стан мне сдави,

Свищут над нами в ветвях соловьи, Сплетням назло предадимся любви, Боже, как быстро приходит рассвет!

— Нежный, еще раз затеем игру,

Птицы распелись в саду поутру, Но часовой не сыграл ту-ру-ру, Боже, как быстро приходит рассвет!

— Дышит возлюбленный рядом со мной,

В этом дыханье, в прохладе ночнойСловно бы нежный я выпила зной. Боже, как быстро приходит рассвет!

Дама прельстительна и весела

И красотой многим людям мила, Сердце она лишь любви отдала. Боже, как быстро приходит рассвет!   Gottfried von Neifen — Codex Manesse

Заметьте при этом, насколько альба — тематически взрывоопасный для куртуазной поэзии жанр!.. С общим течением ее связывает, пожалуй, лишь печальная необходимость разлуки.

При всем великолепии, роскоши, изысканности поэзии трубадуров, она была, конечно же, далеко не для всех, хотя провансальские горожане знали и ценили ее. Но, коротко говоря, все-таки по дороге трубадуров никто, кроме них самих, не ехал. Дорога эта ждала гения, того, кто объединит их усилия и откроет чудо красоты поэтического слова всему народу и миру.

Для кого трубадуры тщательно укладывали 30 х 30 строк на одну рифму?.. Да для Данте же, чтоб он, умножив 3 на 3, создал текст, пролагающий путь всей новой мировой литературе и открывающий эту книгу всем грамотным людям.

Любовь к поэзии трубадуров характерна, как для Данте, для многих и многих позднейших поэтов, не говоря уж о самом куртуазном кодексе, который исповедуют и герои Дюма, и всей личностью — Александр Блок и еще, и еще вплоть до персонажей сериала об Анжелике супругов Голон.Трубадуры вдохновляли Гейне, Уланда, Эзру Паунда, Пушкина и романтиков, и символистов…

Таких разных авторов, да? Но и сами трубадуры были очень разными, даже по происхождению.

Среди них и герцог Гильем Аквитанский, и принц, а позже король Ричард, и плебей Маркабрю, и сын повара, крупнейший поэт этого течения Бернарт де Вентадорн, и крестьянский сын Гираут де Бернейль, и некий монах из Монтаудона, и чаще всего — рыцари среднего достатка или обедневшие дворяне.

Многие — воины, участники крестовых походов, как Вакейрас или Бертран де Борн, и… даже те самые прекрасные дамы, как, например, графиня де Диа, Мария де Вентадорн и другие.В начале XIII в.

, воспользовавшись тем, что английским феодалам, да и двору, стало не до Прованса, который некогда они так любили и который их столь многому научил, французские светские и церковные круги начали многолетнюю войну с богатым во всех смыслах и потому лакомым для них Провансом.

С благословения папы эта война официально именовалась крестовым походом против еретиков-альбигойцев, выступавших против католицизма, церковной десятины и т.п. Вместе с французскими рыцарями в Прованс вошла инквизиция. С той печальной поры более провансальская культура уже не оправилась, однако к этому времени, к середине XIII в., культурная ситуация в Италии, Германии, в самой Франции явно изменилась к лучшему. Эти народы подхватили творческую куртуазность Прованса, а с нею и знамя поэзии, выпавшее из рук погибшего знаменосца. В 1265 г. родился Данте, в 1304 — Петрарка. А параллельно с трубадурами творили французские труверы, авторы больших стихотворных повестей и романов и немецкие лирики-миннезингеры.

Читайте также:  Три основных приёма игры на гитаре

Поэзия Трубадуров. Часть 1.

Ссылки:Книга «Поэзия трубадуров. Поэзия миннезингеров. Поэзия вагантов.»

Поэзия ТрубадуровПоэзия ВагантовПоэзия Миннезингеров

Источник: https://glebminskiy.livejournal.com/60761.html

Искусство трубадуров музыка и поэзия — MUSIC ACADEMY

Искусство трубадуров: музыка и поэзия

(Фолькет Марсельский)

В XI веке в Западной Европе зародилось новое явление — бродячие музыканты. На севере Франции заявили о себе труверы, в Провансе — трубадуры. Пели они на разных наречиях, но общего было больше. Так появлялось светское искусство, связанное одновременно с замковой, дворянской культурой и с народной: городской и, возможно, деревенской.

Сохранилось не так мало песен трубадуров и труверов. Об их личностях известно меньше. И трудно сказать, что там от легенд.

В первую очередь необходимо назвать Гильома IX, графа Пуатье (1071- 1126 годы) — хронологически первого из известных трубадуров. Между прочим, он был прадедом Ричарда Львиное Сердце.

Здесь тот редкий случай, когда биография трубадура достаточно хорошо известна. Жизнь его была бурной. Например, он два раза был отлучен от церкви. Первый раз — из-за проблем с налогами. Второй — из-за похищения дамы.

Я хочу вам, стражи, дать совет простой (И словам моим не внемлет лишь глухой): Не старайтесь понапрасну, не поможет вам разбой. Я не видел в мире дамы молодой, Что могли б сдержать засовы со скобой.

  • Если путь прямой заказан, путь найдет она кривой
  • .
  • (Гильом IX)

Правда, похищение виконтессы Данжероссы де Л’Иль-Бушар было совершено при полном согласии последней. Это последнее отречение помог снять троюродный брат Гильома — папа Римский Каликста II.

  1. Не знаю, под какой звездой Рожден: ни добрый я, ни злой, Ни всех любимец, ни изгой, Но все в зачатке; Я феей одарен ночной
  2. В глухом распадке
  3. .
  4. (Гильом IX)
  5. Гильома IX часто называют Франсуа Вийоном XI века.

Также один из самых первых трубадуров — Маркабрюн. О нем известно, что был он найденышем, которого воспитал некий богатый человек. Его песни характеризуются некоторым социальным подтекстом и отнюдь не «куртуазным» языком. Видимо, не чурался он в своих песнях и хлестких выражений.

Другой трубадур — Жофре Рюдель — был графом, платонически влюбился в восточную принцессу из Триполи — графиню Годьерну Триполитанскую, отправился в крестовый поход, заболел по дороге и умер на руках любимой, которая тут же постриглась в монастырь.

Следующий трубадур — Ригаут де Барбезьеу — влюбился в дочь предыдущего трубадура, воспевал ее в стихах, а после ее смерти уехал в Испанию (возможно, окончил свои дни в монастыре).

Судьба трубадура Гильома де Кабестань была трагична. Он влюбился в жену графа, при дворе которого жил — Раймунду (дается и другое имя, но все равно — жена графа). Граф убил трубадура и накормил неверную жену его сердцем. Раймунда от горя выбросилась с балкона замка. Между прочим, трубадур был настолько популярен, что соседи графа попрекали его этим убийством.

Трубадур Монах Монтаудонский не зря носил это имя. Он был изначально бенедиктинским монахом, но уж больно любил сочинять песни. Монастырь отпустил монаха и разрешил ему заниматься мирским делом с условием, что он будет весь доход от песен отдавать родной обители. Вряд ли это можно считать такой уж трагической судьбой.

Фолькет Марсельский, напротив, после того, как провел молодость как трубадур, посвятил себя церкви — и даже стал епископом. Примкнул к крестовым походам, участвовал в делах инквизиции. А также основал Тулузский университет. В «Божественной комедии» Данте Алигьери он находится в «разделе» «Рай».

Зато трубадура Бертрана де Борна Данте поместил в восьмой круг ада. Связано это было с тем, что Бертран де Борн был довольно воинственным человеком. Много внимания в своих песнях-стихах уделял вопросам воинской доблести. Он воевал против Ричарда Львиное Сердце, а потом — за Ричарда Львиное Сердце.

Повсюду мир — а все ж со мною Еще немножечко войны. Тот да ослепнет, чьей виною Мы будем с ней разлучены! Их мир — не для меня,

С войной в союзе я…

(Бертран де Борн)

Но трубадур не может без песен о Даме. Многие песни Бертрана сохранились.

  • Но наши донны юность потеряли, Коль рыцаря у них уж больше нет, Иль сразу двух они себе стяжали. Иль любят тех, кого любить не след,
  • И честью замка мало дорожат…
  • (Бертран де Борн)

Последние годы жизни трубадур провел в монастыре. Бертран де Борн является одним из самых знаменитых трубадуров.

Ему посвятили свои стихотворения Гейне и Эзра Паунд, перевод одной из его песен вставлен в поэму «Роза и Крест» Александра Блока. Бертран является одним из персонажей романа Лиона Фейхтвангера «Испанская баллада».

А также главным героем российской писательницы Елены Хаецкой «Бертран из Лангедока». О Бертране слагают песни, в том числе, здесь и сейчас.

Все трубадуры пели о любви к Прекрасной Даме. Изредка касались и социальных вопросов. Но основное — любовь. Платоническая, но кто знает?

А что же сами дамы? Неужели они ограничивались замечательной ролью воспетых? Нет, были и трубадурки. И они воспевали мужчин — своих любимых.

Азалаис де Поркайрагуэс — женщина-трубадур. Годы ее жизни неизвестны. Известно лишь то, что ее песни были посвящены ее возлюбленному. Одна ее песня-плач написана на смерть другого трубадура — Раймбаута Оранского.

Еще одна трубадурка — графиня Беатриса де Диа. Она была замужем, но влюблена в другого трубадура. Его она и воспевала:

Я выбрала одного достойного и благородного, Через которого улучшается и облагораживается честь, Щедрого, ловкого и проницательного, В котором есть остроумие и мудрость. Я молю его, чтобы он мне верил, И пусть никто не заставит его поверить, Что я изменю ему —

Если только он не изменит мне…

Идеальная влюбленная — покинутая, но продолжающая любить. Хочу напомнить, что «куртуазность» — это не разврат, это просто особое отношение к жизни, в некотором роде она даже являлась тогда воспитанием чувств.

  1. А кто скажет любимому плохое о любви, пусть он не верит тому, а только тому, что я скажу. Ведь часто поднимает прутья человек,
  2. Которыми он сам бит
  3. .
  4. (Беатриса де Диа)

Трубадуры были абсолютно «медийными фигурами», как это сейчас называется. Они путешествовали по всей Европе и не только, от замка к замку разносили новости, облекая их в песенную (от этого — еще более запоминающуюся) форму.

Все творчество трубадуров рассмотреть в рамках одной статьи невозможно. Их песни сыграли огромную роль в развитии общей музыкальной культуры европейского Средневековья. В заключение хотелось бы упомянуть о труверах — хотя бы только на одном примере.

Адам де ла Аль, или Арасский горбун (1240- 1287, горбуном не был — прозвище перешло по наследству) — французский поэт-композитор, трувер. Известен тем, что отказался от принятия сана и тем, что написал 36 одноголосных песен (именно шансон). А еще его перу принадлежит, по общему мнению, первая светская музыкальная пьеса европейского театра.

«Игра о Робене и Марион» — милая музыкальная пьеса с незатейливым сюжетом. Пастушка Марион любит простолюдина Робена. Но все время появляется некий рыцарь, просит Марион стать его подругой, наконец, насильно увозит ее. Бедняжка горько и долго плачет. Ее невинные слезы растрогали рыцаря настолько, что он отпускает ее домой. Все на радостях поют и пляшут.

Этот сюжет восходит к средневековой французской песне, которая называлась пастурель. В ней всегда была девушка и рыцарь, который почему-то всегда ее встречал, куда бы ни поехал («Однажды ехал я верхом…»). Адам де ла Аль немного переработал сюжет и написал музыку.

О том, как развивалась музыка в дальнейшем, можно будет прочитать в следующий раз. А послушать песни трубадуров и песни о трубадурах можно в х.

Источник:

Московский государственый университет

Искусство трубадуров: музыка и поэзия

Им. М.В. ЛОМОНОСОВА

  • ФАКУЛЬТЕТ ЖУРНАЛИСТИКИ
  • Кафедра зарубежной литературы
  • Реферат по курсу «Зарубежная литература»
  • на тему «Основные жанры поэзии трубадуров»
  • Выполнила студентка 1 курса
  • дневного отделения 114 группы

Зотова А.М.

Москва – 2009

Введение

Поэзия трубадуров относиться к куртуазной поэзии, которая сложилась к XI-XII в., когда окончательно оформился героический и эстетический идеал рыцаря. Раньше, чем где бы то ни было, куртуазно-рыцарский идеал сложился в Провансе.

(Этот южный район Франции был фактически независим от короля, и, благодаря своему выгодному расположению, самоуправлению и богатым соседям, стал одним из наиболее развитых мест в средневековой Европе).

Именно поэтому поэзия трубадуров, воспевавшая рыцарей, зарождается в Провансе.

Понятие куртуазность включало в себя вежливость, учтивость и правила их выражения по отношению как к женщинам, так и мужчинам. Сюда входили правила приветствия, обращения к даме или кавалеру, ведения разговора, приглашения на танец, поведения в танце, прощания, и т.д.

Вслед за певцами, восхваляющими исключительно куртуазное поведение, появляются поэты, пишущие о религии, политике, сословной несправедливости и т.д. Однако следует отметить, что об этих проблемах поэты рассуждают, опираясь на куртуазные ценности (например, тот правитель лучше, который «куртуазнее» и т.д.

). А общей чертой лирики, вне зависимости от темы произведений, становится стремление к земной радости, и в то же время – к возвышенности чувств (с этой позиции открывается широкий простор для сопоставления и противопоставления знатных сеньоров и бедняков, браков по расчёту и истинной, свободной любви).

Песни сочиняют теперь не только бездомные странники, но и осёдлые ремесленники, купцы, юристы, монахи, сами рыцари и даже короли. Стихотворцами могли быть не только мужчины, но и женщины. При этом все они – независимо от возраста, пола, социального положения – назывались трубадурами.

Кроме самих стихотворений трубадуров, сохранился сборник их биографий. Наряду с точными сведениями в них можно найти немало легенд, показывающих, как уже в те времена рисовалась жизнь поэта, склонного к необычайным чувствам и странным фантазиям.

По своему происхождению лирика трубадуров связана с народным песенным творчеством. Для произведений трубадуров характерны повторы, образные описания (пейзажа и некоего действия), небольшой объем и т.д.

Однако провансальская поэзия выступает — впервые в истории новоевропейской литературы — как поэзия индивидуальная, как лирика осознающей себя личности. Хотя здесь есть некоторые условности.

Французские поэты старались не вложить в произведение свои собственные переживания (за любовными признаниями не стоит никакого реального жизненного содержания, высказываемые поэтом чувства подчиняются строгой регламентации), а изложить известный простой сюжет в новой форме, то есть найти эту новую форму.

(Замечу, что слово «трубадур» (в современных словарях объясняется как «провансальский поэт-певец») произошло от глагола «находить»).  Отсюда – работа над стилем: забота о благозвучии, затейливое построение строф, сложная система рифм. Провансальская лирика отличается большой изысканностью.

Стих построен на определенном числе слогов и ритмическом движении, создаваемом распределением ударений (чаще всего встречается ямбический ход). Рифма — притом рифма точная — обязательна, причем она может связывать между собой как стихи одной строфы, так и соответствующие стихи разных строф.

Строфика необычайно разнообразна, число стихов в строфе и строф в стихотворении не ограничено никакими правилами. Поэты подбирали пышные слова, создавали ряды синонимов. Из-за этого некоторые стихотворения оказывались не слишком понятными (особенно это относиться к произведениям сторонников «тёмного стиля»), что зачастую вызывало гордость авторов.

Источник: https://shademark.ru/solfedzhio/iskusstvo-trubadurov-muzyka-i-poeziya.html

Музыка и поэзия. Немного истории

Поэзия и музыка словно родились под знаком Близнецов. И хотя совершенно очевидно, что «рождение» этих искусств было вовсе не одновременным, оба означены постоянным тяготением друг к другу. Тайны тут нет: оба этих рода искусства взросли из одного зерна, вышли из одного лона — народного музыкальнопоэтического искусства.

Наши далекие предки не знали поэзии отдельно от музыки. Искусство на первобытной стадии развития представляло собой триединстве музыка — слово — танец. Что же было вначале — поэтическое слово или музыка? Наука дает убедительный ответ на этот вопрос — музыка! Археологи находят в раскопках времен палеолита (40 тыс.

лет назад) примитивные музыкальные инструменты: кости птиц с пробитыми отверстиями, звучащие камни.

Трудовые выкрики, охотничьи и боевые сигналы были первыми ростками будущей музыки, но как много столетий должно было еще пройти до ее истинного рождения! ' Через ритуальные танцы, боевые песне-пляски, игры в охоту и бои шло человечество к своей будущей музыкальной культуре.

«Для музыковеда, как и для литературоведа, примечательную важность имеет то обстоятельство, — писал А. Сохор, — что для поэзии синкретическое слияние с музыкой было единственной формой ее существования в доисторические времена, тогда как музыка знала уже тогда и иные формы, чисто инструментальные, связанные с сигнальными функциями или сопровождением танцевальных и прочих движений».

Читайте также:  Использование интерактивной доски на музыкальном занятии

А слова? Да, постепенно к напевам присоединялись и слова-заклинания, но можно ли их назвать стихами?

  • Вот один из таких «стихов»-заклинаний, обращенный к бойцу, разящему врага:
  • Меть ему в лоб
  • Меть ему в грудь
  • Меть ему в печень
  • Меть ему в сердце
  • Когда же побежит,
  • Меть ему в спину,
  • Ого, ого, ого!
  • Позже возникло хоровое пение и разделение на два полухория, своеобразный поединок-диалог между двумя группами племени, Вслед за военными песнями-плясками наши предки создавали трудовые, а затем и любовные песни, и песни-славления, и гимны-заклинания.

Сложным, долгим путем шло создание таких уникальных явлений, как народно-песенное искусство и эпос во всем многообразии своих жанровых, поэтических и музыкальных модификаций.

В песнях-гимнах героям заложены истоки героического эпоса, в стенаниях по усопшим — песни-плачи, в любовных напевах — зачатки будущей лирической поэзии. В следующие эпохи развитие музыкально-поэтического искусства у разных народов складывалось по-разному.

История музыки зафиксировала и проанализировала такие различные (но в чем-то и сходные) явления, как мистерии Древнего Египта, триединое (музыка — слово — танец) искусство народов Индии, лирическая поэзия с музыкой китайской «Книги песен» — «Шицзин», древнеиудейская «Песнь песней» царя Соломона, представляющая собой сборник любовных обрядовых, свадебных песен и псалмы царя Давида, гимнопедии и гипорхемы древнегреческого искусства и, наконец, героический эпос Гомера «Илиада» и «Одиссея».

Поэтическое искусство Древней Греции было поистине уникальным явлением. Недаром Маркс писал, что греческое искусство и эпос «продолжают служить нормой и недосягаемым образцом».

Под аккомпанемент лиры, кифары, авлоса пели древние поэты свои песни, и пение это называлось лирикой, кифаристикой, авлетикой в зависимости от аккомпанирующего инструмента.

Под аккомпанемент кифары чаще других исполнялись песни, связанные с общественными событиями, а в сопровождении лиры — любовного, элегического характера. Песни-стихотворения, исполняемые под музыку, назывались меликой, мелической поэзией.

Предание рассказывает о хромоногом поэте Тиртее, создателе античного анапеста, со стихами-песнями которого воины шли в бой. При исполнении анапестических стихов в Элладе исполнители не только аккомпанировали себе на каком-нибудь инструменте, но и приплясывали, отбивая такт ногой на последнем слоге (отсюда — поэтический термин «стопа»).

В странах античной культуры, Греции и Риме, существовали развитые многообразные формы вокально-поэтического искусства— сольного и хорового. В Греции (в Спарте) создавались женские и детские хоры, союзы певцов и танцоров. Хоровому искусству придавалось столь важное значение, что даже Платон определял музыку как умение управлять хором.

Высшего своего расцвета и подъема хоровая лирика достигает в одах крупнейшего греческого поэта и музыканта Пиндара, создавшего яркие образцы торжественного, приподнятого искусства. Хоровая культура стала основой знаменитой греческой трагедии — вершины мусических искусств. Из хора выделялся запевала, рассказывающий об общественных событиях, боях и победах.

Так рождался эпос.

Лирическая же поэзия, сольная и по преимуществу мелическая, т. е.

напевная, исполнявшаяся под аккомпанемент музыкального инструмента, нараспев, имела, по-видимому, разнообразные и развитые мелодии, о которых мы, к сожалению, не можем судить — они не дошли до нашего времени.

Сохранились лишь более поздние поэтические тексты Алкея, Коринны, Сафо, да и то не в оригиналах, а в папирусах древних переписчиков Александрии.

Огромное значение придавали греки ритму, объединяющему слово, пение, инструментальную музыку и танец. Ритм, по понятиям греков, заключал в себе мужское начало, мелодия — женское. Этот приоритет ритма идет еще от древнейшего праискусства доисторических времен.

Классический период древнегреческого искусства характерен еще одним важным элементом — господством одноголосной мелодики. Она обеспечивала теснейшую связь со стихом, отчетливость произнесения текста. Стихотворный текст рождался прежде музыки или опережал ее сочинение, т. е. стихи диктовали музыкальное воплощение, и метр стиха определял ритм музыки.

Собранные по крохам стихи и сведения о музыке Древней Эллады, а также Древнего Рима представляют собой необычайную ценность для истории поэзии и музыки. Помимо высочайших художественных достоинств, многие из них заключают важнейшие сведения по теории стиха и музыки.

Из них мы узнаем, что греки открыли диатонические лады, в основе которых лежал тетрахорд (кварта), ставшие на многие столетия основными для европейской музыки (дорийский, лидийский, фригийский, миксолидийский), знали и применяли энгармонизм и хроматику.

Особенно ценной заслугой греков стала разработка теории музыки и музыкальной эстетики, тесно связанной с их философскими учениями, в центре которой лежит понятие об этосе — выразительных возможностях, воспитательном и общественном значении музыки.

 «Подобно тому как гимнастика способствует развитию физических качеств, так точно и музыка способна оказать некоторое воздействие на этическую природу», — писал Аристотель, а Платон утверждал: «Ритм и гармония» лучше всего проникают в глубь души и сильнее всего захватывают ее».

Греки же ввели целый ряд музыкальных и поэтических терминов, которые живут по сей день. Употребляя их, мы даже порой не осознаем, что они пришли к нам из такого давнего далека, полагая их терминами русскими или, по крайней мере, русифицированными европейскими: музыка, мелодия, гамма, ритм, хор, строфа, стих, стопа и множество других.

Музыкально-поэтические жанры античного искусства стали основой будущих поэтических жанров: элегии, дифирамба, оды и др. Греки создали не только свой знаменитый гекзаметр, но и целый ряд стихотворных размеров или стоп, в том числе дактиль, хорей, амфибрахий, анапест.

Жанр дифирамба был торжественным гимном в честь бога Дионисия и вообще в честь героев сражений.

Элегия — грустнолирическая песня (но иногда и боевая, нравоучительная, философская), исполнявшаяся обычно под жалобный аккомпанемент флейты, — стала популярнейшим поэтическим жанром и дошла до XIX столетия: ей отдали дань и русские поэты Жуковский, Пушкин, Лермонтов, Языков, Некрасов, Фет, а в XX в. — Блок.

Сохранили по сей день свое непреходящее значение такие жанры, как эпиграмма, ода, застольная песня, гимн. Вершиной музыкальной теории античности стали работы Аристоксена (4 в. д. н. э.), сумевшего понять и раскрыть всю важность и необходимость темперированного строя, на два тысячелетия предвосхитив будущее музыкальной теории.

Высокого расцвета достигла поэзия и в Древнем Риме, где I в. до нашей эры дал такие великие имена, как Катулл, Тибулл, Проперций и особенно Овидий и Гораций.

Лирика этих поэтов соединяла в себе элегичность и музыкальность эллинической мелики, остроту восприятия мира, глубину человеческих переживаний.

Оды Горация, элегии Овидия, мелические стихи и эпиграммы Катулла принадлежат к выдающимся произведениям мировой литературы.

Более пятнадцати столетий нашей эры поэзия и музыка развивались параллельно, постоянно вступая в контакт, переплетаясь, сливаясь воедино. «Оба этих элемента (ритм, интонация. — Р. П.

), присущие поэзии и музыке, проявляются в каждом из искусств своим особым образом, сохраняя при этом черты общности, обусловленные единством истоков — неразделимостью двух начал в древнейшем искусстве — песне» (В. Васина-Гроссман).

«Ритмическая организация, — полагает исследователь русской поэзии Г. Поспелов, — возникла в стихах из музыки».

Вокальные сочинения, рождавшиеся на протяжении столетий, можно подразделить на две большие группы по признаку подчиненности. В одной из групп главенствующую роль занимала поэзия, в другой — музыка. В религиозных песнопениях средневековья, как и в античном мелическом искусстве, музыка играла подчиненную роль.

В церковных псалмодиях, юбиляциях использовались не произведения поэтического творчества, но молитвы, канонические культовые тексты и поучения. Задача музыки состояла лишь в том, чтобы озвучить текст. И тем не менее в этой прикладной музыке были достигнуты замечательные художественные образцы. Рядом же с культовой музыкой бурно развивалось народное песенное искусство.

Круг средневековых песенных жанров был весьма разнообразным: песни любовные, шуточные, сатирические и антиклерикальные. Певшие их крестьяне, школяры, подмастерья, бродячие певцы и актеры подвергались подчас жестоким гонениям. (Вспомним историю гонений скоморохов на Руси, немецких шпильманов в Германии.) Пели былины и эдды, исторические песни, рассказы о «делах давно минувших дней».

То были, как правило, простейшие куплетные напевы, расцвеченные повторениями, сопоставлениями, вариантами.

Образцом для многих европейских стран стало искусство французских трубадуров (X в.), представлявшее собой характерное выражение светской рыцарской культуры. Однако в искусстве трубадуров и труверов во Франции, миннезингеров — поэтов-певцов в странах немецкой культуры (XII—XIII вв.

), несмотря на яркость, разнообразие мелодики, большую гибкость интонирования, напевность (мы располагаем большим количеством записанных образцов вокальной лирики средневековья) музыка тем не менее еще не стала равноправным партнером в союзе с поэзией, содержание и сюжет песен играли главенствующую роль.

Так, в поэзии трубадуров (музыка и текст, как правило, создавались одним лицом) ритм напева определялся размером стиха и был ему всецело подчинен. Ритмическая организация стиха определяла и характер напева: бодрый, маршеобразный, грустный, скорбный или торжественный. Пение далеко не всегда сопровождалось игрой на инструментах.

Инструментальная музыка звучала лишь во вступлении, интерлюдии или постлюдии в таких, например, напевах как канцоны, сервенты, тенсоны.

В те далекие времена рыцарское искусство еще не считалось профессиональным. Исполнение стихов и песнопений в «честь прекрасной дамы» жило параллельно с народным искусством вагантов, шпильманов, жонглеров — этих скоморохов Европы.

Но могучий поток рыцарского искусства, охвативший все европейские страны, сливаясь с не дленее мощным потоком народного — городского и сельского музицирования — создал музыкально-поэтическое направление с разработанным комплексом выразительных средств и четкой музыкальной письменностью, что стало основой будущих ролдансов и песен.

Пришедшее на смену одноголосному пению многоголосие продвинуло далеко вперед историю вокальной музыки — церковной и светской.

Не менее двух веков был чрезвычайно популярен в Европе жанр мотета — своеобразный романс средневековья, первый, по существу, светский многоголосный жанр (XII — XIV вв.).

Мотет дожил до XVII — XVIII столетий, став торжественным и развитым жанром хоровой музыки, в котором работали крупнейшие мастера полифонической музыки, в том числе и И. С. Бах.

В эпоху раннего и позднего Возрождения мы наблюдаем активное наступление жанров светской музыки, подкрепленных новыми возможностями развитого многоголосия.

Светские песенные и танцевальные жанры — французские шансоны, итальянские фраттолы, виланеллы, каччии, баллады, испанские вильянсико и романсы, английские кэчи и раунды, немецкие, чешские, польские песни — отражали все многообразие гуманистических идей эпохи.

Именно в это время начинается формирование типа, му-зыканта-профессионала, получающего специальное музыкальное образование в школах и академиях. Бурное развитие инструментальных жанров, создание ансамблей и оркестров и, наконец, рождение оперы (Флоренция, XVI в.

) дает толчок развитию новых вокальных жанров; оратории, кантаты, сольной песни.

Италия — родина прекрасного и нежного вокального жанра, не потерявшего своей свежести и привлекательности до наших дней, — мадригала, состоящего из коротких куплетов (2—3 строки) с припевом — ритурнелем.

Если мотет мы назвали романсом средневековья, то мадригал — подлинный хозяин и глава камерно-вокальных жанров эпохи Возрождения.

Это уже новая и гораздо более высокая ступень развития камерно-вокальной музыки, отличающейся многоголосием, и по своему значению и сложности она приближается к поэтическому тексту, а в чем-то и превосходит его.

Свободная мелодика, хроматизмы, увеличенные и уменьшенные интервалы, то убыстрение темпа, то введение более дробных длительностей, вплоть до шестнадцатых (новшество!), — все это говорило о свободе музыкального мышления, раскованности, новом мироощу-щении, свойственном человеку Возрождения.

И все эти свойства вобрал в себя скромный и изысканный мадригал! Надо сказать, что народные истоки мадригала вызывали бурную ненависть у защитников старого искусства, называвших мадригалистов «грубиянами, невежами». Высочайших образцов мадригального искусства достиг слепой флорентийский органист Франческо Ландино, автор мадригалов на стихи своего современника, земляка и тезки Франческо Петрарки.

«Сладостная выразительность» мадригалов Ландино, возвышенная лирика Габриелли, Джезуальдо ди Веноза, будущего отца оперы Монтеверди и крупнейшего мастера церковной вокальной музыки Палестрины подняли жанр мадригала на высоту большого искусства. В этом гибком и подвижном жанре музыка уже далеко не служанка, а скорее, госпожа, она сложна и самостоятельна.

В XV—XVI вв. вокальная музыка движется по пути все большего усложнения. Это со всей очевидностью проявилось в творчестве выдающегося нидерландского композитора Жоскена де Пре, автора месс, мотетов, светских песен, и особенно в творчестве крупнейшего автора мотетов, мадригалов, виланелл франко-фламандского мастера Орландо ди Лассо, обобщившего опыт своих предшественников.

Песни Лассо «Милому прекрасному вину», «На рынке в Аррасе», «Он старик — я молода» и, наконец, знаменитое «Эхо» — непременный и эффектный номер в программах многих современных хоровых коллективов. Среди мастеров этого времени выделяются Гийом де Мишо, автор многочисленных баллад, и Филипп де Ветри, автор трактата «Арс Нова», давшего название целому направлению в музыке.

Яркость, свежесть мелодии, остроумие и легкость отличают французские шансоны. Одним из ярких представителей этого жанра в XVI в. был Клеман Жанекен, «весельчак и хохотун».

Подлинными соавторами композиторов были поэты Возрождения: Петрарка (1304—1374) в Италии и поэты «Плеяды» во Франции во главе с Пьером Ронсаром.

Заметим попутно, что творчество этих поэтов пестрит музыкальными терминами-названиями, определяющими жанровую характеристику их стихотворений: канцоны, баллады, мадригалы, рондо.

Пожалуй, именно тогда, в эпоху раннего Возрождения, и начался постепенный процесс отделения поэзии от музыки (определить точные, даже приблизительные границы начала этого процесса невозможно). Появление на рубеже XVI—XVII вв.

новых жанров — оперы, симфонии, оратории, кантаты — и стиховых систем нового времени еще более отдалило поэзию от музыки, разделило на два самостоятельных вида искусства, но отнюдь не уничтожило их родовых признаков и взаимного тяготения друг к другу.

Мы не ставим своей задачей подробно описывать вокальные жанры в их историческом развитии — это уже сделано историками музыки.

Читайте также:  Музыкальные конкурсы для детей в россии

Нам было важно подчеркнуть, что синтез поэзии и музыки — процесс живой, изменчивый, что на этом длительном пути появлялись многочисленные формы взаимодействия этих двух искусств Друг с другом: синкретическое искусство античности, двуединство «поэт—композитор» в эпоху средневековья, сочинение вокальной музыки на тексты авторской поэзии в эпоху Возрождения. И параллельно развивающееся по своим законам сильное, мощное народно-песенное искусство.

Р. И. Петрушанская

Источник: https://art.sovfarfor.com/muzyka/muzyka-i-poeziya-nemnogo-istorii

Куртуазная поэзия: общая характеристика. Трубадуры и миннезингеры

Куртуазная поэзия (от франц. courtois – вежливый, учтивый, от cour — двор) — рыцарская поэзия, зародившаяся в средневековой Франции и распространившаяся в других европейских странах. Основа этого вида искусства — представления о «мере, вежестве и постоянстве» в служении рыцаря Прекрасной Даме. 

Культ изящной бесплотной любви к женщине, преклонение перед ней требовали от рыцаря чести и мужества. Нравственная чистота находила эстетическое воплощение в высшем и совершеннейшем из средневековых искусств, в поэзии, и отражалась в поиске наиболее прекрасных языковых средств. Именно в недрах куртуазной поэзии зародились твердые поэтические формы.

Это прежде всего канцона, или «песня», затем «альба», гимн чувственной любви, тенцона (или тенсона, «спор», «диспут»), пастореллла (встреча рыцаря и пастушки), баллада (плясовая песня), плач и другие.

Куртуазная поэзия тяготела либо к «замкнутому» стилю, культивировавшему «тёмный» стих, непонятный простому смертному, изобилующий приёмами, затрудняющими понимание (подобный приём поэтики был распространён в ранней кельтской поэзии и служил передаче «языка богов», который и не должен быть понятен профану); либо к «светлому» стилю, мастера которого стремились, чтобы их произведения были понятны многим. Также трубадурами начала активно применяться рифма, получившая вскоре общеевропейское распространение.

Куртуазная поэзия трубадуров

Первыми представителями куртуазной поэзии явились трубадуры — рыцари, несущие вассальную службу и занимающиеся литературным творчеством. Надо заметить, что среди старопровансальских поэтов были и женщины (например, Беатриса де Диа).

В их поэзии Прекрасная Дама заняла то же место, какое в религиозной поэзии отводилось мадонне, а совершенная любовь (fin amor) полагалась одной из эстетических ценностей. В этом были свои резоны: в эпоху Средневековья распространился древний гностический миф о Софии Премудрости Божией, супруге Бога, похищенной Дьяволом и томящейся в замке.

Лишь смелый и доблестный рыцарь может освободить её; но в каждой земной женщине виден отблеск ее чистоты и красоты, и потому любая дама заслуживает служения, напоминающего религиозное (недаром Прекрасную Даму награждают титулами, присущими Мадонне: «путеводная звезда», «майская роза», «утешительница скорбящих»).

Земная красота — отражение красоты небесной; любовь совершенствует сердце и душу влюбленного, дает ему возможность видеть божественное начало жизни; Любовь и сама — божественное существо.

Увы, Любовь, ведь ты меня сильней.
Нет у меня защиты, пожалей!
Пока моя погибель не пришла,

Ты б Донну умолить мне помогла!

(Бернарт де Вентадорн, «Песни»)

Прекрасная Дама в эпоху трубадуров, как правило, являлась замужней женщиной. Влюбленный в нее рыцарь редко получал возможность близости с избранницей, даже если она платила ему взаимностью.

Совершенная любовь также снимала сословные преграды: трубадуры Эльяс Кайрель, Арнаут де Марейль и другие не обладали «благородным» происхождением, но в любви они были равны со своими возлюбленными.

Любовь переставала восприниматься как грех; напротив, поэты провозглашали ее высшей добродетелью, поскольку она улучшает человеческую природу и побуждает человека делать добрые и хорошие поступки.

Многие из куртуазных поэтов были сеньорами, т. е. принадлежали к высшей аристократии, как Конон де Бетюн. Стилистически их произведения не отличаются от стихотворений трубадуров, и любовная проблематика везде одинакова . 

Куртуазная поэзия — единственное явное проявление «куртуазной любви», преступной и тайной. Замужняя женщина не должна любить постороннего мужчину. Влюблённый поэт не имеет права компрометировать свою Даму; вот почему в стихах трубадуров обычно используется условное имя («сеньяль»), которым поэт называет ее.

Любовь трубадуров — не только чувство, проявление эмоций, но и интеллектуальное состояние, требующее постоянной работы и совершенствования мысли. Поэты постоянно обсуждают различные аспекты «меры, вежества и постоянства» в разных ситуациях, в том числе и самых деликатных (Фолькет де Марселья, Пейре Гильем и Сордель, Аймерик де Пегильян и Эльяс д'Юссель, Арнаут Каталан и другие).

Кризис куртуазной любви наступил уже в начале XIII в. В позднем творчестве Бертрана де Борна, поэта-воина, для которого главной темой служила рыцарская доблесть, говорится о закате высоких идеалов родовитого дворянства. К стихотворениям этого типа относится один из плачей де Борна, написанный по поводу кончины принца Генри:

Скорбит о нём, кто только юн и смел,
И ясный день как будто потемнел,

И мрачен мир, исполненный печали.

Куртуазная поэзия миннезингеров

На Севере Франции последователями куртуазной поэзии являлись труверы. В Германии ее представителями являлись миннезингеры («певцы любви»), выступившие в последней трети XII в. Они эстетически освоили опыт провансальских трубадуров.

Миннезанг (средневековая рыцарская лирика) не так, как произведения трубадуров, склонен к передаче чувственных ощущений. Это более аналитическая, морализирующая, рефлектирующая и даже иногда религиозная литература.

Однако светское начало в поэзии миннезингеров все же сильнее религиозно-мистического (Фридрих фон Хаузен, Генрих фон Фельдеке, Рейнмар фон Хагенау, Вальтер фон дер Фогельвейде). Часто темой стихотворений становится неразделённая любовь.

Вообще немецкие куртуазные поэты в целом менее жизнелюбивы, чем французские. Исключение составляет поэзия Генриха фон Морунгена.

Наследие немецкого миннезанга включает такие шедевры куртуазной поэзии, как «Песни рассвета» Вольфрама фон Эшенбаха (автора «Парцифаля», средневекового романа в стихах).

Наиболее известны произведения Вальтера фон дер Фогельвейде. Его поэзия полна радости, отражает живое чувство упоения телесным миром.

Обращает на себя внимание её жанровое разнообразие — Фогельвейде пишет не только лирические, но и сатирические, философские произведения.

В XIII в. куртуазная поэзия в Германии также утратила прежнее место на литературном Олимпе. Над возвышенными рыцарскими чувствами к Даме посмеивались поэты новых поколений (Тангейзер, Иоганнес Хадлауб, Фрауенлоб).

Источник: Поэтический словарь. — М.: ЛУч, 2008 

Источник: https://classlit.ru/publ/teoria_literatury_i_dr/teoria_literatury/kurtuaznaja_poehzija_obshhaja_kharakteristika_trubadury_i_minnezingery/87-1-0-894

Поэзия трубадуров. Основные жанры, образы и мотивы

  • Министерство культуры РФ
  • Кемеровский государственный университет культуры и искусств
  • Реферат на тему
  • «Поэзия трубадуров. Основные жанры, образы и мотивы»
  • Выполнила
  • студент гр. РТПП 111

Брунер Э.И.

  1. Проверила
  2. преподаватель
  3. кафедры литературы и русского языка
  4. кандидат филологических наук, доцент
  5. Мироненко Елена Анатольевна
  6. Кемерово 2012г.
  7. Введение

В Провансе, раньше чем где бы то ни было, сложился куртуазно-рыцарский идеал. Роскошь жизни и тяга к образованию, подкрепляемая близостью Италии и арабской Испании, достигли здесь чрезвычайных размеров.

Рыцарская лирика Прованса родилась как выражение избытка жизнерадостности, но вместе с тем и как сложное, требовательное искусство, далекое от наивной непосредственности народной песни. Мы наблюдаем здесь определенную технику, мастерство. В этом отношении показательно само название провансальских поэтов-певцов — трубадуры.

Следует отметить, что это название обозначало всякого поэта независимо от жанра и характера его творчества. Поэтому были трубадуры как рыцарского стиля, так и городского, и даже трубадуры, слагавшие религиозные песни.

Трубадуры создали своеобразную культуру любви — куртуазную любовь, составляющую главное содержание их поэзии. Обычным являлось поклонение трубадура даме, как правило, замужней и стоящей выше его на социальной лестнице.

Любовь к замужней женщине ставит непреодолимую преграду.

Стремление к Даме бесконечно: целью куртуазной любви является не обладание объектом поклонения, а трудное, но радостное духовное совершенствование мужчины, в том числе и совершенствование поэтического мастерства.

Следствием культа «Прекрасной Дамы» стала реабилитация земной радости и земной любви, поклонение женщине, преобразившее её из существа низшего порядка, причины грехопадения, сосуда зла, в идеал.

Трубадуры (среди них особенно Ригаут де Барбезье ) уделяют много внимания характеристике совершенного или «лояльного» влюблённого: он должен отличаться скромностью и терпением, подчиняться всем капризам избранной им дамы, довольствоваться самыми малыми знаками внимания с её стороны, никогда не преступать определённых границ. Для их поэзии также характерен перенос понятий из сферы феодальных отношений сеньора и вассала в сферу куртуазных отношений рыцаря и Дамы. Следуя этому любовному кодексу, вдохновляясь миром человеческой души, поэты не только сочиняли свои песни, но и целый воображаемый мир, в котором существуют лирические герои.

Вслед за певцами, восхваляющими исключительно куртуазное поведение, появляются поэты, пишущие о религии, политике, сословной несправедливости и т.д. Однако следует отметить, что об этих проблемах поэты рассуждают, опираясь на куртуазные ценности (например, тот правитель лучше, который «куртуазнее» и т.д.

). А общей чертой лирики, вне зависимости от темы произведений, становится стремление к земной радости, и в то же время — к возвышенности чувств (с этой позиции открывается широкий простор для сопоставления и противопоставления знатных сеньоров и бедняков, браков по расчёту и истинной, свободной любви).

Песни сочиняют теперь не только бездомные странники, но и осёдлые ремесленники, купцы, юристы, монахи, сами рыцари и даже короли. Стихотворцами могли быть не только мужчины, но и женщины. При этом все они — независимо от возраста, пола, социального положения — назывались трубадурами.

Кроме самих стихотворений трубадуров, сохранился сборник их биографий. Наряду с точными сведениями в них можно найти немало легенд, показывающих, как уже в те времена рисовалась жизнь поэта, склонного к необычайным чувствам и странным фантазиям.

Для обозначения своего творчества трубадуры постоянно употребляют термины «мастерить», «ковать», «обрабатывать». Многим трубадурам такой способ творчества представляется единственно возможным: даже птица, когда она поет, «обрабатывает», по их мнению, свою песню.

Отсюда упорная работа над стилем и, в частности, виртуозная отделка формы — забота о благозвучии, затейливое построение строф, сложная система рифм. В дошедших до нас текстах насчитывается до девятисот различных строфических форм.

Эту тягу к совершенствованию мастерства и отношение к поэзии как к увлекательной игре подметил А. С.

Пушкин: «Когда в XII столетии под небом полуденной Франции отозвалась рифма в провансальском наречии, ухо ей обрадовалось: трубадуры стали играть ею, придумывать для нее всевозможные изменения стихов, окружили ее самыми затруднительными формами».

Существовали различные формы лирики трубадуров, которые могли бы быть названы и жанровыми, так как строфическая структура и система рифм стихотворений обычно были связаны с их тематикой. Главнейшими из этих жанровых форм были: кансона, сирвента, тенсона, пасторела, альба и другие.

Этимология слова и происхождение трубадуров

Трубадуры (фр. troubadours, от окс. trobador, от окс. trobar — находить, слагать стихи; народная этимология от слова труба ошибочна) — средневековые поэты-певцы, авторы песен, называемые часто менестрелями . Значение слова как нельзя лучше подходит к трубадурам — слагая свои изящные стихи, трубадуры умели подобрать подходящее слово или рифму.

Их творчество охватывает период с XI — XIII столетия, его расцвет пришёлся на XII — начало XIII столетия. Колыбелью трубадуров был юг Франции , преимущественно область Прованс . Они слагали свои стихи на провансальском , народном языке части Франции, простирающейся на юг от реки Луары , а также примыкающих районов Италии и Испании .

Стихи сочинялись с учётом того, что их обязательно должна была сопровождать музыка. Странствуя из города в город, нередко в сопровождении профессиональных музыкантов, называвшихся жонглерами , трубадуры исполняли свои песни под арфу , виолу , флейту , лютню или гитару .

В замках аристократов, на рынках, рыцарских турнирах, ярмарках, праздниках и пирах всякое веселье непременно сопровождалось музыкой и зачастую приглашались именно трубадуры.

Известны имена 600 трубадуров, до сегодняшнего дня дошли 2500 произведений 400 поэтов. Среди трубадуров встречались люди различных социальных слоёв. Большей частью это были незнатные рыцари , некоторые происходили из богатых семей, другие были владетельными особами.

Среди них было немало высокообразованных людей, которые много путешествовали. Каждый трубадур долго обучался правилам хорошего тона и обхождения с дамой, а также поэзии и музыке.

От настоящего трубадура требовалось знать ходящие в народе новости, иметь хорошую память, показать осведомленность о последних сплетнях о королевском дворе, уметь экспромтом сочинить стихи для сеньора или дамы и играть, по меньшей мере, на двух музыкальных инструментах, которые тогда любили при больших и малых феодальных дворах. Развитие торговли в XII столетии обогатило южные районы Франции. Появился досуг и просвещение; люди учились ценить искусство и жить по правилам хорошего тона. Именитые сеньоры и дамы Лангедока и Прованса стали самыми преданными покровителями трубадуров. Поэты были окружены почётом, а их влияние стало заметно отражаться во вкусах, моде и манерах высшей знати. Они даже стали родоначальниками бальных танцев в Европе

Для суждения об условиях жизни и поэтической

Источник: https://www.studsell.com/view/122081/

Ссылка на основную публикацию